Социальное предпринимательство — относительно новая сфера бизнеса. Её идеологом и наиболее известным представителем является профессор из Бангладеш Мухаммад Юнус, в 2006 году получивший Нобелевскую премию мира за борьбу против бедности. Под его патронатом 8—10 ноября в Вене пройдёт ежегодный Всемирный саммит социального бизнеса — явления, которое ныне охватило многие страны мира. В преддверии Венского форума Мухаммад Юнус ответил на вопросы «Эхо».
— Всемирный саммит в Вене 2012 года посвящён инновациям. Но ведь сам по себе социальный бизнес - новое явление для экономики. В чём его уникальность?
— Главная инновация социального бизнеса состоит в том, что он не ставит своей целью максимальное обогащение. Деньги для социального предпринимателя — это средство, чтобы решать какую-то общественную проблему. Для этого надо создать устойчивый бизнес, чтобы не зависеть от грантов, как это обычно происходит с благотворительными проектами. Кроме того, благотворительность рождает у получателей средств иждивенчество, бесплатная помощь развращает. Социальный предприниматель, как и любой, самый обычный бизнесмен, свои услуги или товары продаёт, но нацелен при этом не на максимальную прибыль, а на гуманное отношение к потребителю: либо он торгует по социальной цене, либо организует удобную по месту и времени логистику товара. В общем, он новатор, потому что по-новому комбинирует ресурсы и создаёт бизнес с человеческим лицом. Прибыль он реинвестирует, а не кладёт себе в карман. Мы с группой «Грамин» и большими корпорациями — Adidas, Danone и другие — создали более 50 совместных проектов социального бизнеса. Но для меня это не вопрос даже одного процента акций! Заработать как можно больше не самоцель для социального бизнесмена. Делать деньги — счастье, но делать счастливыми других людей — счастье втройне!
— А какие инновации ожидают участников Венского форума?
— Новшеством этого саммита станет то, что мы пригласили на него молодых предпринимателей не старше 1987 года рождения. Кому как не им развивать бизнес-технологии будущего! Ведь само будущее социального бизнеса — за молодёжью, которой не нужны привычные институты, они креативные, современные, смелые и готовы действовать, а не болтать.
— Главная тема для бизнеса в мировом масштабе: преодоление последствий глобального экономического кризиса. Социальный бизнес может помочь в решении этой задачи?
— Да, он вполне может помочь решить проблемы и продовольственного кризиса, и экологического, и даже финансового. В нашем мире финансовые системы служат богатым людям и крупным компаниям. Не думаю, что это правильно: они должны служить всем людям. Современное устройство мира превратило людей в машины по производству денег. И вот эту главную ошибку надо исправить, чтобы финансовые кризисы ушли в прошлое. По нашему опыту мы видим, что это возможно. Когда мы создавали банк «Грамин», то решили работать с бангладешскими бедняками, в основном женщинами, без залога и поручительства, исключительно на доверии. Мы приходили к нашим клиентам домой и выдавали микрозаймы, которые в итоге помогали повысить их уровень жизни. А чтобы выплаты банку не били по кошельку, установили еженедельные микровыплаты: с маленькой суммой психологически легче расставаться. Кроме того, видя нищету, голод или проблемы со здоровьем у наших клиентов, мы находили бизнес-партнёров и придумывали решение их проблем.
— Вы можете привести примеры?
— В конце 1970-х, когда банк «Грамин» только-только начал выдавать займы беднякам, мы пришли у себя в Бангладеш в деревню, где дети болели куриной слепотой: днём всё видели, а с заходом солнца теряли зрение. Я выяснил у врачей, что причиной тому недостаток витамина А. Мы взяли слово с наших клиентов, чтобы на полученные у нас займы они кормили детей овощами, богатыми каротином. Мы исходили из того, что люди не будут нас обманывать, когда речь идёт о здоровье их детей. А когда наши клиенты стали жаловаться, что у них нет семян, мы выпустили очень дешёвые семена — пакетик за один пенс — и стали продавать нашим клиентам: сегодня у нас самый крупный оборот семян в стране, а в Бангладеш больше не существует проблемы детской куриной слепоты. С Adidas мы разработали очень дешёвые ботинки — всего за один евро, однако такого хорошего качества, чтобы компании было не стыдно ставить свой лейбл на продукцию. Это был очень непростой проект. Многие люди, не имевшие средств, чтобы купить обувь, страдали самыми разными болезнями из-за того, что ходили босыми. И прежде чем всё получилось, мы с Adidas два года разрабатывали концепцию недорогой обуви — искали качественные материалы и подходящие технологии.
— Насколько широкое распространение получил сегодня социальный бизнес и как он уживается с традиционным?
— Знаете, в Европе целые города развиваются при помощи социальных предприятий: например, Висбаден в Германии, Фукуока в Японии провозгласили себя городами социального бизнеса. Но это не значит, что надо отрицать традиционный бизнес. Социальный бизнес обычно работает на низшей точке самоокупаемости, поэтому его существование невозможно без взаимодействия на рынке с традиционным бизнесом. Заниматься социальным бизнесом, особенно если он адресован малоимущим слоям населения, это тяжёлая работа не для каждого предпринимателя. Могу посоветовать тем бизнесменам, которые пока не чувствуют, что готовы полностью посвятить себя социальной проблеме, начать с реализации отдельного проекта в рамках корпоративной социальной ответственности. Не отдавать деньги на благотворительность, как это принято для поддержания имиджа компании, а создать самоокупаемый, но при этом социальный проект. Для этого надо быть не только деловым человеком, но и уметь сопереживать и сочувствовать определённой целевой аудитории. И понятно, что делать это надо не для пиара, а из желания работать на благо общества.
— Кто должен двигать идею социального бизнеса: малые предприятия или крупные корпорации?
— Прежде всего личности. Ведь главное в социальном бизнесе — это креативная идея: она обеспечивает 80 процентов успеха. Такие идеи создают люди, а не корпорации.
— В прошлом году вы принимали участие в Форуме социального бизнеса в Москве. Есть ли сегодня какой-то резонанс в России от того мероприятия?
— В 2011 году я встречался с министром экономики Эльвирой Набиуллиной (ныне — помощник президента РФ. — Д.О.) и мы обсуждали различные аспекты развития социального бизнеса в вашей стране. В частности, пришли к выводу, что он может быть хорошим механизмом для развития моногородов с точки зрения самозанятости населения. В итоге минэкономразвития сегодня реализует эту программу совместно с Агентством стратегических инициатив, Российским микрофинансовым центром, фондом региональных социальных программ «Наше будущее» и крупными бизнес-корпорациями. Насколько я знаю, в конце октября в Москве прошёл уже третий Форум социального бизнеса, а представители вашего министерства экономики в этом году приедут к нам на саммит в Вену. Считаю, что в вашей стране у социального бизнеса большие перспективы. А тот факт, что российский рынок очень молод, ему всего 20 лет, — скорее преимущество, чем недостаток: вы открыты для новых идей и подходов.
— Недавно был основан Центр Юнуса, который тесно взаимодействует с программой ООН «Цели развития тысячелетия», в частности, по вопросам преодоления бедности. Какие задачи вы намерены решать?
— Программа ООН ставит несколько конкретных целей: искоренить в мире крайнюю нищету и голод, создать универсальную систему начального образования, продвигать идею равенства полов, усилить позиции женщин в структурах власти. Мы определили для себя год «икс» — 2015. Конечно, у каждой страны свои темпы развития, и всё же к этому году мы надеемся достичь заметного прогресса. Все цели очень чётко определены, и результаты оценит не только ООН, но и различные институты, а также наши оппоненты в разных странах. Приумножить успехи или скрыть неудачи будет очень трудно. Я же надеюсь дожить до того времени, когда бедность на земле будет преодолена и люди будут создавать музеи бедности, чтобы показать своим детям, как это было раньше.
***
Битва за «Грамин»
В 2006 году за свои успехи на поприще борьбы с бедностью профессор Мухаммад Юнус получил Нобелевскую премию мира, которая, однако, не защитила его от нападок со стороны властей Бангладеш. В 2010 году глава банка «Грамин» и основатель системы микрофинансирования подвергся жёсткой критике с их стороны и был вызван в суд, который постановил освободить профессора от занимаемой должности.
За атакой на нобелевского лауреата стоит застарелый, датированный ещё 2007 годом, конфликт между Мухаммадом Юнусом и нынешним премьер-министром Бангладеш Хасиной Вазед. Профессор резко критиковал власти за высокий уровень коррупции и авторитарное политическое устройство в Бангладеш, а также стал поддерживать оппозиционную партию антикоррупционного толка.
В ответ премьер-министр Бангладеш собрала специальную пресс-конференцию, на которой назвала Юнуса кровопийцей и заявила, что «он процветает за счёт бедняков». Вслед за этим правительство создало комиссию по расследованию злоупотреблений в банке «Грамин», которая проверяла эту структуру 2,5 месяца. Однако в результате неопровержимо было установлено только одно: Юнусу больше 60 лет, поэтому он не может занимать пост главы банка.
«Это говорит только о том, что, перетряхнув «Грамин» сверху донизу, они не смогли найти никаких финансовых нарушений», — считает Михаил Мамута, президент Российского микрофинансового центра. По мнению Мамуты, имидж Мухаммада Юнуса в итоге только выиграл, «поскольку всем стало понятно, что это травля исключительно по политическим мотивам либо из-за личной неприязни».
В марте 2011 года по всему миру — в Париже, Берлине, Лиссабоне, Порту, Риме, Сиэтле, Лос-Анджелесе и Сан-Франциско — прошли акции в защиту нобелевского лауреата. Власти США даже заявили, что будут пересматривать финансовую помощь Бангладеш, если эта ситуация не разрешится справедливым образом. В Верховный суд Бангладеш поступили апелляции от адвоката Юнуса.
Однако правительство Бангладеш посчитало, что риски от оппозиционной деятельности Юнуса на политическом поле выше, чем риски от негативной международной реакции, и довело судебное дело против нобелевского лауреата до конца. В середине мая 2011-го Мухаммад Юнус объявил, что уходит с поста главы банка, чтобы «предотвратить несвоевременное прекращение деятельности «Грамин».
Специалисты банковского рынка утверждают, что для правительства Бангладеш банк «Грамин» является очень привлекательным объектом: его активы составляют около пяти миллиардов долларов. При этом эксперты предупреждают, что в случае плохого менеджмента со стороны нынешнего владельца банка — государства — свалить всё на Юнуса и его команду не получится: ведь банк очень успешно вёл свою деятельность более 30 лет, а у его заёмщиков не было ни одного дефолта.
Дарья Осина, редактор портала «Новый бизнес: социальное предпринимательство»
Из досье «Эхо»
Мухаммад Юнус родился в 1940 году в городе Читтагонг, Британская Индия, позже — территория Бангладеш. Доктор экономики, окончил экономический факультет Университета Дакки, Бангладеш, а также Университет Вандербильта, США. С 1969 по 1972 год преподавал экономику в Университете Теннесси. После обретения независимости Бангладеш вернулся на родину, где стал заведующим кафедрой экономики в Университете Читтагонга. В 1976 году основал проект «Грамин», в 1983-м ставший известным «банком для бедных», где заёмщики одновременно являются его акционерами. Благодаря успешной работе банк сумел получить доход свыше 10 миллионов долларов и помог тысячам семей выбраться из нищеты. Более 30 лет группа «Грамин» с помощью проектов социального партнёрства с глобальными корпорациями трудоустроила десятки тысяч людей. В 2011 году под давлением со стороны властей Бангладеш Юнус вынужден был покинуть пост главы банка. С 2012 года банк окончательно национализирован, и отныне заёмщики перестали быть его акционерами. Мухаммад Юнус продолжает развивать другие проекты: Центр Юнуса, социальные бизнесы «Группы «Грамин» с крупными корпорациями, саммит социального бизнеса в Вене, День социального бизнеса в Дакке, Форум социального бизнеса в городе Фукуока, Япония, творческая лаборатория «Грамин». Юнус является автором книг «Банкир для бедных» (2003), «Создавая мир без бедности: социальный бизнес и будущее капитализма» (2008, переведена на русский в 2009-м), «Построить социальный бизнес» (2010).
http://itar-tass.com/opinions/interviews/1599052
Речь идет о сообществах, известных под аббревиатурой LETS (Local Exchange Trading System). "Система" работает предельно просто. Дженни нужно подстричь траву перед домом. Она просматривает местный бюллетень и обнаруживает, что такую услугу предлагает Билл. Она звонит Биллу и договаривается о цене - 30 "бобов". После того как газон подстрижен, Дженни звонит координатору (обычно это доброволец), который снимает 30 "бобов" с ее счета и зачисляет их на счет Билла. "Бобы" существуют только на бумаге, и никаких налогов или процентов ни за какие операции не взимается. В четко работающей системе сумма всех "бобов" должна равняться нулю (кто-то в минусе, кто-то в плюсе).
